Конечно, нет. Но в противоположность тому, что увидел Гейдеман на картофельном поле, характер почвы не оказывает большого влияния на фауну люцерны. Дело в том, что растительность люцернового поля, густая и плотная, сглаживает различия в большей степени, чем растительность картофельного поля. Насекомых здесь, на тяжелых почвах, быть может, и больше, но различия четче выражены между насекомыми, которые живут на почве, чем между теми, что населяют растительный покров. По не установленным еще причинам в фауне двух полей, отстоящих одно от другого всего на несколько километров, могут набдюдаться весьма серьезные количественные различия. Анализ этих различий в зависимости от биотопа лишь начат, а между тем до тех пор, пока не будут выяснены их причины, синэкология не может двигаться вперед.

Конечно, если поля расположены далеко друг от друга, расхождения в их фауне становятся еще заметнее. Но мы не имели возможности проводить сравнения на полях, разделенных большими расстояниями. Только Балог и Локса изучали люцерновое поле с той же тщательностью, что и авторы немецкой школы, которые провели несколько обследований. Саранчовые никогда не встречались в большом количестве, но все же к югу Германии численность их повышается. Трипсов оказалось несколько меньше в более сухих зонах. Во Франции мы нашли большинство видов, характерных для Шлезвига. Различия были только количественные.

В Сербии и Македонии Танасиевич насчитал 37 видов фитофагов и 8 — божьих коровок, из которых 32 вида встречаются в Германии. Из 156 видов, найденных Налогом и Локсой, 46 попадаются и в Шлезвиге. Но некоторые влаголюбивые группы исчезают с люцерновых полей Венгрии, например, водолюбы и стафилины; божьи коровки, долгоносики и различные сапрофаги (Phalacridae, Cryptop-hagidae, Lathridiidae) остаются примерно на том же уровне. Пауков и особенно муравьев гораздо больше в Венгрии.