Конечно, скопление в природе предполагает наличие взаимного притяжения, которое не так-то легко выявить; я напрасно старался сделать это. Но Эллис и Пирс (1962) добились успеха, помещая с личинками Schistocerca (4-го возраста) их живых сородичей или — как заменитель живых особей — скатанные из бумаги трубочки соответствующего размера. Исследователи учитывали число приближавшихся друг к другу насекомых, время, проведенное у заменителей, и типы реакций. У одиночных и стадных личинок наблюдается известное число сходных реакций: например, процент случаев выбора живого сородича и бумажной приманки или время, проведенное возле одного и другой. Но стадные насекомые чаще и скорее приближаются к сородичу и больше времени проводят рядом с ним. Что же касается причин превращения одной фазы в другую, то в основе их лежат восприятия органов чувств. Еще в 1941 году я показал, что молодые личинки пустынной саранчи, изолированные в стеклянной пробирке, находящейся среди группы стадных насекомых, приобретают стадную окраску; в темноте этого не происходит. Зато несколько молодых одиночных особей, сгруппированных в полной темноте, вырастают стадными, а это говорит о том, что зрительные стимулы могут быть заменены какими-то иными. Быть может, осязательными? Но после работ Норриса (1954), а главное — Лохэра (1962), о которых мы будем сейчас говорить, представляется весьма вероятным, что сюда придется включить и химические стимулы, точнее, по терминологии Детьера, контактную хеморецепцию. Это означает, что стимулы, чтобы быть действенными, должны находиться в непосредственной близости к органам чувств другого насекомого-сородича. Особый запах саранчи, хорошо известный всем специалистам, не играет в данном случае роли возбудителя, ответственного за фазовые превращения. И действительно, одиночные фазы можно получить в небольших садках, поставленных рядом в термостат, хотя термостат и наполнен запахом саранчи.
Благодаря работам Жоли стало ясно, что особые эндокринные железы насекомых, так называемые прилежащие тела, расположенные позади мозга, участвуют в переходе особи в стадную фазу. Пересадка нескольких пар этих органов стадной особи вызывает изменение развития в сторону одиночной фазы. Быть может, стимулы, исходящие от сородичей, блокируют секрецию прилежащих тел у стадных форм. С другой стороны, в крови стадных особей содержится какой-то возбудитель, относящийся, вероятно, к группе стероидов; его инъекция может вызвать появление стадной окраски у одиночной фазы. Следовательно, существует, по-видимому, два антагонистических гормона, что, впрочем, свойственно вообще всем организмам. Никерсон (1953) полагает, что один из этих двух гормонов (стероид) влияет главным образом на рисунок, а другой («одиночный» гормон) воздействует, очевидно, на окраску фона.
